Главные разделы
Поиск по сайту
Статистика сайта

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Сайт начал работу 01.03.2013
Главная » Статьи » Лес и Люди

Книга 2 глава 5 часть 2
Детей ради!

Фотоматериалы для очерка прислала дочь Р.М. Махияновой - Роза Кулмамбетова . Ее электронный адрес < razita2030@mail.ru >

В семидесятые, даже в досужие часы и в праздники, мужчины, жившие в лесной глубинке, главным образом и чаще всего, толковали друг с другом о работе.
Женщины из лесных поселков в те годы тоже, почти все, не только дома трудились. Причем работали они не только на традиционно женских рабочих местах, - в школах, больницах и магазинах, и в филиалах районных служб и учреждений. Но и в профильных для лесной глубинки предприятиях.
То есть и на заготовке древесины в удаленных от населенных пунктов на тридцать, сорок и более километров лесных урочищах. И на раскряжевке хлыстов, вывезенных с лесных делянок на нижние склады. И в тарных цехах на выработке разного размера пиломатериалов из напиленных на нижних складах бревен. Потому и они такие разговоры охотно поддерживали. Им тоже всегда хватало чего в этой связи веско и со знанием деталей и особенностей порассказать.
Однако пожившие уже и многодетные женщины, детство и юность которых пришлись на переломные для державы годы, когда советские люди мирным и ратным трудом отстояли право и возможность самим определять своей страны будущее, мало-помалу разговор на проблемы своих детей переводили.


Озерки. Детский сад. Снимок сделан в 21 веке, но построено здание в конце пятидесятых годов 20 века.

Понятно, что разговоры эти были не глобального, а местного масштаба. То есть, кто именно и хорошо ли воспитывает и кормит их детишек в детском садике. Достроят ли в этом году дополнительный корпус (слава Богу!) одиннадцатилетней уже школы, поскольку в одном старом, хотя и типовом, школьном корпусе, их взрослеющим детям, которых в поселке год от года все больше, тесновато стало. И как быстрее и проще их почти совсем уже взрослым чадам добраться до Владивостока или Калининграда, чтобы поучаствовать в соревновании абитуриентов за место для учебы хоть в очень удаленном от родного поселка, но в их глазах самом
престижном в стране вузе.
И при этом никто из женщин не сомневался, что денег у семьи на это хватит. И что именно ради таких возможностей для детей они на работе «горбатятся». И все они знали, что польза для детей от их добросовестного труда на производстве двоякая. Это и это хорошая зарплата, которая в те годы у женщин, работавших в передовых (а тогда почти все они такими были) бригадах лесопромышленных предприятий, была больше, чем у среднего ранга чинов-ниц «районного» масштаба. Что, помимо прочего, стопроцентно гарантировало дочерям и сыновьям тех и других, одинаковые стартовые возможности. Но еще больше пользы для всех, кто жил в лесных поселках, было от активного участия предприятий, в которых, в том числе, женщины трудились, и в благоустройстве населенных пунктов, и в инженерном обустройстве территорий в зонах своей ответственности. То есть именно там, где эти женщины своих детей рожали, растили и воспитывали.
Особенно веско и авторитетно звучали в этой связи голоса людей, слывших в своих цехах «ключевыми» работниками. На нижнем складе Крушского лесопункта в семидесятые годы прошлого века, в части, касающейся разделки хлыстов, такими истинными мастерами своего дела были, в том числе, и мужчины-раскряжевщики К.С. Сабиров, Г.А. Аланго, И.З. Закиров, Р.Г. Зарипов, А.Ф. Фаузетдинов, А.М. Камбулатов, М.Е. Стерхов, П.А. Айдушев, и женщины-сучкорубы Е.В. Логинова, Р.М. Махиянова, Х.Н Кураева, К.Т. Айдушева, Т.М Гайнетдинова, З. Закирова, С. Садретдинова и Р.Х. Зарипова.
Именно такие работники непосредственно на рабочих местах разъясняли неуклюжим поначалу новичкам, таким, какими были в первые недели работы на нижнем складе практически все приехавшие в леспромхоз заработать строевой лес договорники-колхозники, когда, где и что и как надо делать, чтобы и план перевыполнить, и руки-ноги при этом не переломать.
Они же жестко спрашивали с разгильдяев и лентяев за допущенные ими нарушения технологии производства работ и трудовой дисциплины, стопроцентно обеспечивая тем самым перевыполнение бригадой в целом месячных планов, что, помимо прочего гарантировало женщинам, трудившимся сучкорубами, еще и стабильно высокий заработок.
Понятно, что женщины в те годы на нижнем складе не только в бригадах по разделке хлыстов работали. Разделка была лишь одним из переделов комплекса работ по ежегодной переработке более 120 тысяч вывезенной из лесных урочищ в виде «хлыстов» древесины. Но все другие выполняемые женщинами нижнескладские работы проходили по категории «легкий труд». Хотя в их числе была и погрузка «швырка», то есть дров–коротья в кузов грузовой автомашины. Согласно действовавшему в те годы сборнику норм и расценок, норма на человеко-день, для тех, кто эту работу выполнял, была равна 9 кубометрам. А «состав работы» определяли слова: с подноской до 20 метров, и подъемом на высоту до 2 метров. Уверен, любой мужчина-клерк, при одной только мысли, что и ему, при неудачном раскладе, какое-то время тоже такую работу выполнять придется, содрогнется.
И ведь есть чего пугаться. Объемный вес сырой древесины немногим менее единицы. То есть этим женщинам, чтобы выполнить норму, надо было сначала примерно 8 тонн неудобного груза поднести на расстояние до 20 метров, затем эти 8 тонн на высоту до 2 метров поднять, а потом эти самые 8 тонн в самосвальном кузове автомобиля еще и аккуратно в поленицы уложить. А ведь для того, чтобы прилично заработать, мало было просто норму выполнить. Надо было еще и план на 20-30 процентов перевыполнить.
В числе других выполняемых в те годы женщинами «легких» нижнескладских работ, были еще и копка ям при устройстве так называемых «мертвяковых» опор в грунтах третьей и четвертой категорий, и уборка строительного мусора, и многое другое: не менее, чем погрузка «швырка» трудоемкое, но тоже по расценкам для работников первого либо второго разряда оплачиваемое.
Однако работа сучкорубом в бригадах на разделке древесины «легкой» даже в семидесятые официально не считалась. Женщины-сучкорубы трудились в этих бригадах наравне с мужчинами и на таких же, как для физически более крепких мужчин, условиях. В составе таких бригад тогда было по 5 человек. Трое (раскряжевщик и два сучкоруба) трудились, главным образом и больше всего, непосредственно на разделочной эстакаде. Два человека (официально их называли «навальщиками-свальщиками») сбрасывали отправленные на бревнотаске с эстакады выпиленные раскряжевщиком и с обрубленными с этих бревен (заподлицо с поверхностью) сучкорубами сучьями в карманы-накопители, устроенные по всей длине бревнотаски, сортируя таким образом бревна по назначению, сортам, длинам, а иногда и по породам.


Раиса Махияновна и ее старшая дочь Далия

Норма на человекодень на разделке хлыстов по такой технологии в те годы была 11 кубометров. Кроме названных уже работ, члены бригады еще с помощью электролебедки и длинного троса диаметром 22 миллиметра с массивным крюком на конце перед началом работы громадной кучей наваленные на край эстакады (подвезенные и разгруженные ночью) хлысты на более удобные для раскряжевки части растаскивали. Они же, если это требовалось,наваленные в карманы-накопители кучи бревен вручную, совместно, в штабеля длиной до 20 метров раскатывали.
Они же порубочные остатки и опилки от эстакады на расстояние до 20 метров относили. А в зимнюю пору еще и сжигание всего этого древесного хлама им в обязанность вменяли. Кроме того, работали такие бригады, чаще всего, то в первую, то во вторую смену, и в любую погоду. А чтобы хорошо заработать, члены бригады ежедневно по 60-70 кубометров хлыстов разделывали. То есть, иначе говоря, пятеро членов бригады каждый день примерно 55-65 тонн бревен, в том числе корявых и очень массивных, по несколько раз разными способами с места на место перекатывали, а иной раз и перетаскивали.
Понятно, что страдающих ожирением в бригадах на разделке и в помине не было, а женщины-сучкорубы о послаблениях и скидках не помышляли даже. Главным для них в этой работе была возможность стабильно и хорошо, по меркам тех лет, зарабатывать. Причем большая часть этих женщин не ради себя лично, а ради возможности полноценно материально почти взрослым, но все еще маленьким в материнских глазах детям-студентам помогать, именно так не год-два, а по 10-20 лет отработали.
Но и правительственными наградами «ключевых» работников в те годы систематически награждали. Практически все они за добросовестный труд были награждены: кто – одной, кто – несколькими медалями. Некоторых наградили еще и орденами. В частности, К.С. Сабирова и Г.А. Аланго наградили орденами Трудовой Славы третьей степени. Из работавших на нижнем складе в семидесятые сучкорубами женщин, орден Трудовой славы третей степени получила Е.В. Логинова, а орден «Знак Почета» - Р.М. Махиянова. Несколько женщин-сучкорубов, а в их числе и Р.Х Зарипову и Х.Н. Кураеву, за добросовестный труд наградили медалями


Советский плакат

Однако главной наградой для всех добросовестно трудившихся в послевоенные десятилетия в Крушском лесопункте и живших в Озерках женщин стало очень существенное улучшение качества жизни всех жителей поселка, а в их числе и их собственных детей, благодаря год от года нараставшим возможностям построившего поселок предприятия, то есть Магинского леспромхоза. В части, касающейся размера жилых помещений, свидетельствующий об этом ряд фактов таков
Начиная с 1954 года, то есть с года организации Крушского лесопункта, почти все, в том числе многодетные семьи, получали в Озерках для проживания лишь четвертую часть наспех собранного щитового дома, площадью всего 25 квадратных метров. И только особенно большим семьям выделяли половину брускового дома общей площадью 36 квадратных метров. Но в середине 70-х почти все семьи, даже всего из двух-трех человек, в значительно увеличившемся к этой поре поселке, проживали уже или в половине капитально отремонтированного щитового дома, или в половине брускового дома общей площадью 48 квадратных метров. И только бобыли либо на старости лет ставшие одинокими люди, продолжали жить в «четвертушках» площадью 25 квадратных метров. А в конце семидесятых леспромхоз приступил к строительству в своих поселках, а в том числе и в Озерках, еще более просторных двухквартирных домов, с общей площадью одной квартиры 72 квадратных метра, причем для особо заслуженных работников строили не двухквартирные дома, а особняки.


В минуты отдыха. Бригадир (Р.Г. Зарипов ) слева, Р.М. Махиянова – в центре

Примерно так же и в те же сроки улучшили материальную базу поселковой школы. Всего год после организации лесопункта школа работала в половине щитового дома в центре поселка. Потом школу, на время необходимое для завершения строительства типовой школы на улице Набережной, разместили в трех двухквартирных домах, с общей полезной площадью в 72 квадратных метра каждого из них, на улице Нагорной. А когда и типовая школа стала тесной для поселковых ребятишек, рядом с ней еще один школьный корпус построили.
Не менее динамично, чем увеличивалась полезная площадь самой школы, для учившихся в ней ребятишек год от года росло число возможностей для закрепления полученных на уроках теоретических знаний на «бытовом» уровне. То есть благодаря использованию для повседневных нужд все более совершенных бытовых приборов и механизмов. Ряд фактов, иллюстрирующих именно эту «пользу» от добросовестного труда родителей на производстве для озеркинских ребятишек, таков:
Первые электрические лампочки в квартирах жителей Озерков появились осенью 1955 года. Сначала в каждой квартире была только одна лампочка на длинном, в несколько метров, электрошнуре с матерчатой оплеткой. Но в конце семидесятых даже второклассники гуляли с портативными радиоприемниками, а старшеклассники сами, без помощи специалистов, переделывали на свой вкус кассетные магнитофоны.


Бригада работает… Р.М. Махиянова – справа.


Нижнескладовцы все сами строили, Р.М. Махиянова слева.

Чуть позже, в восьмидесятых, в поселке установили телетранслятор, обеспечивший качественный просмотр телепрограмм центрального телевидения, что тоже существенно расширило кругозор школьников. Озеркинские мальчишки к той поре и двигатели внутреннего сгорания изучали не по картинкам, а регулируя и отлаживая мотоциклы и лодочные моторы, которые в восьмидесятые годы практически каждая озеркинская семья имела. К водопроводу в восьмидесятые в Озерках тоже почти каждый дом подсоединили, а центральную улицу поселка заасфальтировали.


Озерки. Слева – арочное здание лесопильного цеха. В центре снимка – козловый кран.Снимок сделан в 21 веке, но отсыпку полотна для подкранового пути начали в годы, когда Р.М. Махиянова на нижнем складе Крушского лесопункта сучкорубом работала.

Такими же темпами и по такой же схеме к тому времени была радикально обновлена транспортная инфраструктура всей страны. В результате все озеркинские девушки и юноши, ни по умению пользоваться бытовой техникой, ни по полученным в школе на уроках теоретическим знаниям, от сверстников-горожан ни в чем не отставшие, могли, если хотели того, тоже участвовать в конкурсах абитуриентов за право учебы в престижных вузах.
Понятно, что воспользовались этой возможностью не все. Но дети тех, кто активно побуждал своих сыновей и дочерей продолжить учебу в городских учебных заведениях, и при этом средств на оплату расходов на образование для своих чад не жалел, чаще других этой возможностью пользовались.
Одна из таких матерей, которая не только ни сил, ни здоровья, ни денег не пожалела, чтобы ее сыновья и дочери лучшие, чем у нее самой были, стартовые возможности имели, но и детей возможности эти использовать убедила – это кавалер ордена «Знак Почета» сучкоруб Раиса Махияновна Махиянова.
Старшая ее дочь, Далия, еще в Озерках вышла замуж, несмотря на это, сумела закончить техникум, а в 21 веке живет в уральском городе Ревде и работает на заводе. Младшие дети Раисы Махияновны - Роза и Мансур, закончили Томский институт автоматизированных систем управления и радиоэлектроники, и тоже стали полноценными специалистами.А очерк о старшем сыне Р.М. Махияновой – полковнике Сагите Галеевиче Валееве, завершает пятую главу второй книги трилогии «Лес и люди».

Родину защищал!

Опорные факты и фотоматериалы прислала Роза Кулмамбетова.
Ее электронный адрес < razita2030@mail.ru >
Родители Сагита Галеевича Валеева (Раиса Махияновна и Галей Галиахметович) большую часть трудового стажа заработали в Верхне-Уфимской сплавконторе и Магинском леспромхозе. Оба предприятия в те годы были «поселкообразующими», в каждом численность персонала колебалась в пределах от полутора до двух тысяч работников, которые, помимо всего прочего, занималась еще и обустройством вовлекаемых в хозяйственный оборот новых территорий.
Работая в рамках единого плана, сплавщики и лесорубы с «нуля» построили около двух десятков новых лесных поселков и добротно благоустроили все старые. Именно в таких рабочих поселках Раиса Махияновна и Галей Галиахетович вырастили и воспитали своих четверых детей. И сплавконтора, и леспромхоз были лидерами лесной отрасли Башкортостана, и своей обязанностью, по первой просьбе обеспечивать школы всем необходимым, никогда не пренебрегали. Школы в поселках обоих предприятий и по оснащенности, и по квалификации работавших в них педагогов, стандартам тех лет соответствовали. А если стандарты менялись, да и численность населения в те годы стабильно увеличивалась, новые школы строили по другим типовым проектам, а старые за счет дополнительных корпусов увеличивали.
В рамках этой концепции изменялась материальная база школы и в построенном Магинским леспромхозом поселке Озерки, в который родители Сагита Галеевича переехали в 1954 году. В результате, все четверо детей Раисы Махияновны и Галея Галиахметовича, как, впрочем, и практически все их сверстники, полноценное школьное образование получили в поселке, в котором жили с родителями. И лишь старший из них, то есть Сагит Галеевич, родившийся в 1949 году, десятилетку заканчивал в Магинске, да и то потому только, что нужды в таковой в Озерках тогда еще не было. Он же, первым из детей Раисы Махияновны и Галея Галиахметовича, воспользовался имевшейся у всех советских людей возможностью бесплатно продолжить обучение в высших учебных заведениях.
Проблем со здоровьем тогда у него и в помине не было, педагоги считали его одним из самых способных воспитанников, летчиком решил он стать еще в детстве, а потому, не тратя попусту время на раздумья, в тот же год, когда закончил десятилетку, Сагит Галеевич поступил в Сызранское высшее военное летное училище. Училище закончил (с отличием) в 1970 году. Но учеба на этом для него не закончилась. Учился и переучивался, повышая свою летную и командирскую квалификацию, Сагит Галеевич все годы, пока служил. Свидетельство тому – его послужной список:
Первые пять месяцев после окончания училища – правый летчик на вертолете Ми – 4пл в 475 отдельном противолодочном вертолетном полку морской авиации Балтийского флота.
С марта 1971 года (после переучивания и успешной сдачи экзаменов) – командир корабельного вертолета Ка – 25
С 1975 года – заместитель командира эскадрильи.
С середины 1978 года – командир эскадрильи.
1979 – 1982 годы: учеба в высшей военно-морской академии имени Н.Г. Кузнецова в Ленинграде.
После окончания (снова – с отличием) академии, Сагита Галеевича назначили командиром того самого полка, в котором начинал он службу на флоте.
1985 год – очередное повышение: С.Г. Валеев стал командиром запасного командного пункта морской авиации Балтийского флота.
1989 год – Сагита Галеевича назначили старшим инспектором-летчиком морской авиации Тихоокеанского флота.
Однако требования к здоровью летчиков всегда и везде были очень жесткими. В 1991 году Сагит Галеевич Валеев в чине полковника уволился по болезни из Вооруженных Сил страны и поселился в Калининграде.
Вспоминая годы службы, Сагит Галеевич самую суть ее характеризует так: «Вся моя служебная деятельность состояла в поддержании высокой боевой готовности личного состава и боевой техники подразделений, которыми я командовал, с отработкой и совершенствованием ее элементов. В числе таковых были: поиск и слежение за подводными лодками; торпедометание; бомбометание; целеуказание ракетным силам флота; траление мин с помощью вертолетов; спасательные операции над морем и сушей; десантирjвание; полеты с палубы кораблей. И все это днем и ночью».
Помнит Сагит Галеевич и экстремальные случаи. В частности, самому ему, после того, как в ходе поиска подводной лодки у вертолета отказал левый двигатель, пришлось садиться на аэродром с одним работающим двигателем. Но и без нештатных ситуаций, жизнь и служба Сагита Галеевича были очень напряженными и насыщенными событиями. Летать довелось над Балтийским, Черным, Охотским, Японским морями и Тихим океаном. А на рубеже восьмидесятых и девяностых годов, когда жесткое и бескомпромиссное соперничество стран блока НАТО и Советского Союза кануло в лету, он даже встречи вертолетных корабельных групп из Канады и США в городе Владивостоке организовывал.
Но главный итог своей командно-служебной и летной деятельности Сагит Галеевич Валев формулирует так: «Там, где я служил и командовал, не было летных происшествий и потерь личного состава на земле». Подтверждают этот факт, в том числе, его правительственные награды. Орденов и медалей у него более десятка. А кроме них еще и разного рода почетные звания есть.
Достойно, на зависть многим, управился С.Г. Валеев и с семейными проблемами. Вместе с супругой Ритой Гареевной, свадьбу с которой, кстати, справил именно в Озерках, вырастил и воспитал он двух дочерей. Обе дочери после школы поступили в Калининградский технический институт и успешно закончили его. Обе - замужем. Старшая – по профессии ихтиолог, живет и работает в США, в штате Массачусетс. Младшая – инженер-программист, живет в Германии. Не утратил с детства выделявших его среди погодков и сверстников активности и задора и сам Сагит Галеевич. И вместе с супругой много путешествует: благо, родственники есть и в России, и в Казахстане, и в Киргизстане, и в США, и в Германии.
Нет сомнений, что в каждой из этих стран свой аналог культового в Российской Федерации фильма «Офицеры» имеется. Неоспоримо и то, что профессия – «Родину защищать!», очень нескоро перестанет быть одной из самых востребованных. Очевидно также, что офицеры, сумевшие на протяжении десятилетий поддерживать боеготовность Вооруженных Сил Советского Союза на высочайшем уровне, обеспечив тем самым мирное и, вплоть до начала девяностых годов, поступательное развитие своей Родины, везде и всегда, в том числе в странах бывших «потенциальных противников», будут пользоваться уважением. Сагит Галеевич Валеев, несомненно, из их числа. Убедительно подтверждает это объем корреспонденции, посылаемой на его адрес в Интернете: <sagit-valeyev@mail.ru>. А некоторые эпизоды его насыщенной событиями неординарной биографии, на иллюстрирующей и продолжающей очерк подборке фотографий.

Начало пути


Учеба и служба










Сагит Галеевич и Рита Гареевна




Заслуженный отдых

Категория: Лес и Люди | Добавил: adm (25.11.2015)
Просмотров: 176
Главная Регистрация RSS
Приветствую Вас, Гость